Фрейд о семье
![Фрейд о семье](https://estry.ru/wp-content/themes/mh-magazine-lite/images/xical.jpg)
В то время как он оставлял потомкам, отчасти против своей воли, огромное количество материалов, сохранившиеся или доступные свидетельства о ее жизни крайне скудны. Тогда Фрейд решил посвятить свою жизнь психологии. Если обычный психотерапевт работает с индивидом его переживаниями, фантазиями, прошлым опытом , то семейный терапевт фокусирует свое внимание на семье как целостном образовании, на интерперсональных отношениях и взаимодействии между отдельными людьми и их коалициями.
Это требует большой решимости и не меньших средств. Операция на мозге стоила дешевле. В отличие от демократичного Альфреда Адлера, который сидел по одну его руку на встречах кружка а Штекель — по другую , Фрейд не владел лексикой, которую можно было использовать в разговорах с водителями трамваев и дворниками, и счел бы непрактичными попытки ее освоить. Он отдалился от остальных и создал метод психотерапии себе под стать, хотя применение его собственных приемов к нему самому — дело неблагодарное.
Среди требовательных клиентов-буржуа, тени которых по сей день проносятся по тротуару возле его квартиры, попадались и более легкие случаи. Однажды к Фрейду где-то в году пришел студент психологии из Швейцарии, Бруно Гец, с жалобами на головную боль и проблемы со зрением. Геца прислал его профессор, который сначала удостоверился, что Фрейд прочитал несколько стихотворений студента.
Гец, который впоследствии стал писателем, обнаружил, что свободно беседует с Фрейдом, и тот произносит: Что ж, мой студент Гец, я не буду вас анализировать. Живите счастливо со своими комплексами". Фрейд выписал ему рецепт для глаз, спросил, когда тот последний раз ел отбивные, и отправил его, дав конверт с «небольшой платой за то удовольствие, которое вы доставили мне своими стихами и рассказом о своей молодости».
Вернувшись к себе, Гец нашел в конверте двести крон и расплакался. Чтобы заработать эти деньги, Фрейду нужно было не раз принять пациента. Но напоминание о молодости того стоило. Гораздо чаще он подчеркивал, как серьезны случаи, которыми он занимается. Психоанализ, писал он, создан «для лечения пациентов, навсегда исключенных из нормального существования».
Он даже утверждал в году , что пока использовал психоанализ только «в самых тяжелых случаях» и все его ранние пациенты проводили «многие годы в санаториях». Это не может быть правдой разве Эмма Экштейн находилась в больнице годы?
Со своими коллегами он теперь обращается более тонко: на медицинском собрании в Вене в декабре года он говорит, что «мы, врачи» все занимаемся психотерапией того или иного рода, и иначе быть не может, раз этого требуют пациенты.
Он становится все более известной фигурой на венской сцене, почти знаменитостью — с дурной славой. Австрийские и немецкие психиатры наперебой осуждали его. Шпильмейер выражал сарказм по поводу Доры. Фридландер в рецензии на «Случай истерии» говорил о «джунглях странных фантазий, в которых задыхается интеллектуальная работа автора». Секс, лежавший в основе теорий Фрейда, был и причиной всех возражений.
Его критики и в то время, и сегодня замечали странный полет фантазии Фрейда, но главное, что вызывало их отвращение, имело более глубокие культурные корни. Они были голосом прошлого века, считавшего, что половое поведение не имеет значения для серьезной медицины, и возмущались тем, что теории Фрейда делают отрицательным традиционный образ человека, представляют его иррациональным и управляемым тайными желаниями, о которых мужчины не говорят вслух, а женщины не должны и думать.
С Фрейдом или без него подобное отношение было так или иначе обречено. Эллис, непрактикующий врач, который черпал свой материал из книг и личного опыта, а не от пациентов, был первым английским автором, написавшим на эту тему что-то разумное и четкое. Первый том своего новаторского «Исследования психологии секса» он опубликовал в Германии в году. Эта работа находилась в типографии как раз в момент выхода в свет «Этюдов по истерии» Фрейда и Брейера. Первый том был посвящен гомосексуализму, запретной теме в Лондоне, столице европейского ханжества как в то время, так и сейчас.
Именно поэтому он вышел сначала на немецком языке. После опубликования книги на английском языке в году это сделал немецкий издатель порнографической литературы, которому для того, чтобы скрыть свою деятельность, пришлось организовывать в Англии подставное университетское издательство она была запрещена и оставалась под запретом много лет.
Если бы некоторые работы Фрейда, например «Дора», были переведены так рано, их, возможно, ждала бы та же участь: рецензент «Британского медицинского журнала» без колебаний назвал работу Крафта-Эбинга в году «отвратительной» и посоветовал врачам не читать ее.
Однако в конце концов даже англичане поняли, что Эллис, Крафт-Эбинг, Фрейд и иже с ними не причина развития событий, а их следствие. Фрейд становился все более уверенным в своей правоте, но так и не стал толстокожим. Он никогда не забывал плохих рецензий, обидных слов, насмешек коллег.
Теперь настоящий профессор, он продолжал читать лекции студентам и аспирантам, распространять свои идеи по субботним вечерам небольшим аудиториям, которые насчитывали иногда меньше десятка людей, но тем не менее помогали расходиться кругам от камня, брошенного в стоячую воду. Его расстраивало, что некоторые студенты ищут в его лекциях порнографию.
У него была преподавательская слегка сутулая осанка, голос твердый, хоть и не звонкий" лекции он читал практически без конспекта. Когда его спрашивали, как он готовится к лекциям, ом отвечал: «Я оставляю это моему бессознательному».
![Какую ошибку совершают почти все женатые люди: Фрейд объяснил всё одной фразой](https://n1s2.hsmedia.ru/e5/09/22/e50922b935299d076783cfc08f91c369/690x380_0x0a330c2a_3192395941614251704.jpeg)
У него всегда были в запасе истории и отступления для иллюстрации материала. Подчеркивая, что некоторые психологи не хотят принять его концепцию бессознательного, «первичного процесса», скрывающегося под «вторичным процессом» сознательного, он утверждал, что это напоминает ему великана из поэмы Ариосто, которому в битве отрубили голову, но тот был слишком занят, чтобы заметить это, и продолжал сражаться.
Но она не осознает этого и продолжает по-прежнему учить других». Зимний вечер; морозный воздух, пахнущий дымом угля и дров; задернутые занавески в доме в Девятом округе, куда Фрейд приехал в экипаже с Берггассе.
Он читает лекцию в старой психиатрической клинике общей больницы. Рядом находится «Наррентурм», «Башня глупцов», где до Фрейда сумасшедших приковывали к стенам и всегда держали наготове плети и смирительные рубашки. У Фанни Мозер, Эмми из «Этюдов по истерии», были фантазии о сумасшедших домах, где пациентов погружали в холодную воду и закрепляли в механизме, который крутил их до тех пор, пока они не успокаивались.
Десять лет спустя душевнобольные по-прежнему оставались загадкой, и поэтому они вызывали такой гнев у психиатров. Сумасшедшие бедняки были вывезены за пределы города, в другое здание, где их заперли и снова забыли. Некоторые прохожие сворачивают с соседних улиц к больнице и заходят в лекционный зал.
Он освещен электрическими лампами, висящими над кафедрой, а ярусы скамей, в основном пустые, остаются в тени. Фрейда не оскорбляет такое небольшое количество слушателей — во всяком случае, он этого не показывает. Он предлагает горсточке заинтересованных пересесть поближе к свету, и двухчасовая лекция начинается. Ганс Закс, молодой юрист, впоследствии доверенное лицо и тоже аналитик, впервые увидел Фрейда именно там, на этих субботних лекциях, куда пришел, как и остальные, под влиянием книга «Толкование сновидений».
Фрейд с теплом говорил о Либо и Шарко. Он раскрывал веред ним тайны сновидений и неврозов, и Закс увидел в нем пророка, но без свойственной пророкам претенциозности.
Подчеркивая важность сложных приемов психоанализа, Фрейд показал слушателям юмористическую открытку, где был изображен деревенщина в гостиничном номере, пытающийся задуть электрическую лампу как свечу.
Нужно искать выключатель». Большинство людей отождествляло имя Фрейда с жестокой полемикой. Как он ни старался казаться обычным ученым и защитником истины, они качали головами и мололи языками.
В году Фрейд стал участником дела Вейнингера, небольшого скандала, связанного с плагиатом, отказавшей памятью и неудавшейся дружбой с Вильгельмом Флисом. В какой-то момент Фрейд застигнут врасплох, и он уже не полностью владеет собой. Отто Вейнингер — психически неуравновешенный молодой философ родившийся в году , человек с мягким взглядом за очками без оправы, пессимист с мрачными взглядами на женщин и евреев, — опубликовал в году умную и опасную книгу под названием «Пол и характер».
Она произвела в Вене настоящий фурор, особенно когда вскоре после этого Вейнингер застрелился в доме, где умер Бетховен. Явный гений со свойственными некоторым гениальным людям проблемами, Вейнингер осудил половое сношение, провозглашая его отвратительным и призывая человечество от него отказаться. И женщины, и евреи, по его мнению, испорчены женским принципом", который оказывает разрушительное воздействие на «мужской принцип» мужчин и арийской расы.
Вейнингер подробно рассматривал вопрос бисексуальности и использовал алгебраические формулы, чтобы продемонстрировать силу «мужского» и «женского» начал, присутствующих в любом человека в различной пропорции. Эта территория принадлежала Флису.
![З.Фрейд о психологии и психопатологии семьи](https://knife.media/wp-content/uploads/2017/10/FreJd-2.jpg)
Жемчужина его теоретической короны, «периодический закон» двадцати восьми дней женского цикла и двадцати трех дней мужского, основывался на бисексуальности. Летом года эта опасная книга попала в руки Флиса. Он знал или разузнал впоследствии , что Вейнингер был близким другом молодого венского психолога Германа Свободы.
Свобода знал Фрейда. Флис решил: заговор. В то время Флис как раз был в Вене. Фрейд тогда уже уехал отдыхать в горы, но даже если бы он остался на Берггассе, едва ли они захотели бы встретиться. Вместо этого они пишут друг другу расстроенные письма. Флис начал 20 июля с описания своего «ужаса» от того, что он нашел в книге «Пол и характер» собственные идеи о бисексуальности и о вытекающей из нее природе сексуального притяжения «женственные мужчины привлекают мужественных женщин и наоборот».
Он «не сомневался, что Вейнингер узнал о моих идеях от тебя», и требовал «откровенного ответа». Сначала Фрейд оказался неспособен на откровенность. Снова предметом спора стала бисексуальность. Когда они встретились, как позже оказалось, в последний раз, у Ахензее в году, он заметил, что для того, чтобы решить проблемы неврозов, нужно исходить из предпосылки, что все люди изначально бисексуальны. Вильгельм тут же напомнил ему, что говорил об этом Зигмунду еще пару лет назад, в Бреслау.
Тогда Зигмунд отмахнулся от этой идеи, сказав, что не склонен ее обсуждать. А в году он уже выражал ее как свою собственную. Фрейд признал, что ему удобно было забыть это. Он даже написал об этом в «Психопатологии обыденной жизни», не называя имени Флиса, и назвал этот провал в памяти частью «всеобщей» склонности «забывать неприятное». Три дня спустя после того, как Флис написал ему из своей гостиницы в Вене, Фрейд ответил с гор, что Свобода мог узнать от него о бисексуальности только то, что мог понять любой во время психоанализа — «в каждом невротике есть мощное гомосексуальное течение».
Он добавил: «Я не читал книгу Вейнингера до публикации» — странное заявление, ведь Флис не поднимал этого вопроса. Так значит, то, что сообщил мне Оскар Рие его шурин в Вене, ничего не подозревая, коска я упомянул о Вейнингере, неправда. Он сказал мне, что Вейнингер отправился к тебе с рукописью и ты, просмотрев ее, посоветовал не публиковать, поскольку содержание — бессмыслица. Мне кажется, в таком случае тебе следовало обратить его и мое внимание на «воровство».
Фрейд ответил 27 июля наполовину извиняющимся, наполовину гневным тоном. Верно, признался он, он видел рукопись Вейнингера. Должно быть, в то время я уже пожалел, что через Свободу, как я уже понял, твоя идея перешла от меня к нему. Учитывая мои собственные попытки украсть у тебя оригинальные мысли, я теперь лучше понимаю свое поведение по отношению к Вейнингеру и последовавшее за всем этим забывание.
Бессознательное Фрейда снова подводит его, вмешивается в процессы памяти.
![Вы точно человек?](https://ekaterina-levin.com/wp-content/uploads/2020/03/marta_1426487283.jpg)
Зигмунд как будто сам сдается на милость Вильгельма, его бессознательное создает ситуацию, где ему приходится признаваться в новом и более серьезном расстройстве репродукции. Жалкий жест, который мог бы — кто знает, что он думал на самом деле? Письмо от 27 июля довольно бессвязное.
Признав свою ошибку, Фрейд тут же пишет, что Вейнингер не принес особого вреда. Потом он набрасывается на Флиса. Это не моя вина… если ты находишь время и желание переписываться со мной лишь по поводу таких мелких инцидентов.
За последние несколько лет — как раз после того, как вышла «Психопатология обыденной жизни», — ты больше не интересуешься ни мной, ни моей семьей, ни моей работой. Теперь я смирился с этим и больше мне это не нужно. Я не упрекаю тебя и прошу тебя на эти слова не отвечать.
Очевидно, Флис не ответил ни на эти слова, ни на какие-либо другие. Семнадцатилетняя переписка закончилась. В году друг Флиса библиотекарь опубликовал статью, где обвинял Свободу и Вейнингера, уличив в посредничестве и Фрейда. Свобода пригрозил судом. Газеты заинтересовались этой историей. Фрейд попытался заручиться поддержкой Карла Крауса в «Факеле», но в остальном не делал никаких серьезных шагов и ждал, пока скандал утихнет.
Так в конце концов и произошло. Без сомнения, оба бывших друга решили, что их предали, и этот разрыв не прошел для Фрейда бесследно. С годами он начал говорить всем, что Флис страдал от паранойи. Но он возвращался к Фрейду в снах. По поводу «Трех очерков по теории сексуальности», завершенных в году и опубликованных на следующий год, возникли более серьезные споры. Фрейд наконец приводит в одном труде все свои взгляды на сексуальное происхождение невроза, которые он развивал с х годов.
Он ценил эту книгу не ниже, чем «Толкование сновидений», и постоянно переделывал ее. Непривычное содержание, которое вначале немало ругали, помогло изменить представление о сексуальном поведении на Западе. Фрейд решительно отметает миф о детской невинности в понимании большинства людей. Он предоставляет очень мало доказательств. Его собственный самоанализ и работа с пациентами, очень немногие из которых были детьми если таковые были вообще , играл очень большую роль.
Но это нельзя считать клиническим исследованием. Фрейд конструирует сценарий: с колыбели сексуальные желания управляют нашей судьбой. Некоторые из его смелых заявлений, в то время возмутительных, сегодня считаются прописными истинами, другие стали историческими курьезами. К женщинам, части человечества, с которой Фрейду было сложно справиться, в книге уделено мало места. Их природа скрытна и неискренна, их эротическая жизнь «скрыта за непроницаемой завесой». Невольно удивляешься, как ему удавалось лечить стольких из них.
В очерках содержатся смелые и всеобъемлющие идеи. Первый представляет собой обзор «сексуальных отклонений» у взрослых. В нем Фрейд выражает предположение, что извращение — это всего лишь склонности нормального ребенка, сохранившиеся у человека во взрослом состоянии.
Это было неприятной новостью для борцов за сексуальную мораль и шагом по направлению к утопической цели избавить людей от чувства вины за свое поведение. Речь про неудоволтворённые желания, которые трансформируются в странные сновидения. Новаторские идеи принесли Зигмунду Фрейду признание в научных кругах. Он стал одним из докладчиков на первом международном конгрессе психоаналитиков. Однако всемирная слава пришла к учёному лишь в году, когда ему была вручена премия Гёте.
Собрание сочинений психолога, доктора медицины, профессора насчитывает 26 томов. Но главным до сих пор остаётся «Толкование сновидений». Итак, ниже мы собрали афоризмы Зигмунда Фрейда, которые помогут чуть лучше понять себя и найти ответы на самые разные вопросы.
![Глава 17. Несчастные семьи](https://wl-adme.cf.tsp.li/resize/728x/jpg/e22/a6d/e69a1858459a9d0a281753c7ec.jpg)
На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии в соответствии с Правилами. Главная Lifestyle Статьи 50 лучших цитат Зигмунда Фрейда о жизни, любви, женщинах и личности.
Зигмунд Фрейд Фото: Getty Images. Иснтрукция, которая поможет найти в себе то, о чём вы и сами не догадываетесь:. Рекомендации для тревожных людей, как избавиться от страхов:.
Разбираемся в теме саморазвития и финансов, которые могут на него потребоваться:. Инструкция, которая поможет снять напряжение и в целом улучшить вашу жизнь:. Проработайте негативные установки, чтобы стать счастливыми:. Хочешь получать больше советов и лайфхаков для здорового образа жизни? Электронная почта Подписаться. Жизель Бюндхен рассказала о своей тяжёлой борьбе с депрессией и паническими атаками.
Эксперты рассказали, насколько полезен дневной сон и как долго он должен длиться. Может быть опасно для здоровья: кому не стоит есть блины. Меган Фокс рассказала, сколько пластических операций сделала на самом деле. Стюардесса перечислила продукты, которые нельзя есть перед полётом. Такоцубо: кардиолог назвала ключевые симптомы синдрома разбитого сердца.
Тяжелобольной Брюс Уиллис отпраздновал своё летие в кругу семьи. Поклонники Тейлор Свифт спровоцировали землетрясение в Лос-Анджелесе прямо на концерте. Дерматолог рассказал, как проверить дом на наличие клопов. Долгосрочные последствия: исследователи предупредили об опасности интервального голодания. На фоне кризисных явлений брака и повышения персональной свободы индивидов, их брачно-семейные отношения становятся все более сложными. Пациенты ожидают от терапии улучшения личных отношений. В то же самое время, аналитик, преданный психоаналитической мифологии, заявляет, что психоанализ не решает социальные проблемы, и что он — психоанализ - направлен на исследование бессознательных процессов индивида и его примирение с собственной жизнью.
Насколько данная установка соответствует современной реальности? Судя по негативной реакции пациентов — довольно слабо. Вполне возможно, что пациенты сопротивляются не столько осознанию болезненного материала, сколько недостаточной адекватности терапевтических установок. Таким образом, второй парадокс психоанализа можно обозначить как противоречие между актуальным запросом пациентов на решение их интерперсональных проблем и фиксированной установкой психоаналитической техники на разрешение интрапсихического конфликта пациента.
Парадокс третий. Психоаналитическая терапия требует серьезных усилий как со стороны терапевта, так и в отношении пациента. Однако положительные результаты индивидуальной работы нередко растворяются, как только пациент возвращается в дисфункциональную семейную среду.
Вопреки терапевтическим стараниям прогресс в лечении может не наблюдаться, поскольку семья пациента, оставшаяся за пределами аналитической ситуации, бессознательно препятствует любым изменениям. Психоаналитическая кушетка формирует доверительный альянс пациента с психотерапевтом, некий «психоаналитический брак», а благодаря эротическому переносу в ряде случаев и скрытый любовный роман. Родственники, оставшиеся по ту сторону терапевтического кабинета испытывают растерянность, брошенность, зависть, ревность, страх, освобождение от близости, приводящие в том числе к кризису супружеской интимности и разводу.
Третий парадокс: исключая из своего влияния семью пациента, мы сами становимся жертвами ее негативного влияния. Не удивительно, что по мере становления психоанализа, обнаружились его явные ограничения в работе с семьей и другими социальными группами. В связи с этим Сальвадор Минухин писал: «Мы поняли, что вырванный из социального контекста индивид — это мифическое чудовище, иллюзия, созданная нашими психодинамическими представлениями» цит, по: Николс, Шварц Таким образом, на фоне разочарования психоанализом в середине прошлого столетия зародился семейный подход, который к настоящему времени оформился в самостоятельную научно—практическую систему — семейную психотерапию.
Примирение психоанализа с семьей, его своеобразное эго-расширение, стало возможным благодаря развитию таких современных его направлений как эго-психология и теория объектных отношений, уделивших принципиально иное внимание человеческим взаимоотношениям. В арсенале психоаналитических концепций семейной динамики довольно внушительный перечень имен и теорий. Это: интерперсональная концепция Гарри Салливана; теория привязанности Джона Боулби; теория сепарации—дифференциации Маргарет Маллер; теория объектных отношений Дональда Винникота, концепция диалога внутренних объектов Генри Дикса; теория психосоматического партнерства Дэвида и Джил Шарфф, и другие.
Ключевое значение для психоаналитической семейной терапии имеет концепция проективной идентификации Мелани Кляйн и ее последователей, позволяющая объяснить иррациональный механизм формирования деструктивных отношений в семье.
В соответствие с данной теорией супруги проецируют друг на друга детские представления, испытывая значимые для себя переживания и побуждая партнера делать с ними то, что делали с ним его собственные родители в далеком прошлом. Таким образом, люди в семье воспроизводят привычные для них паттерны взаимодействия в том числе болезненно-деструктивные , а благодаря симптоматическому поведению заставляют других чувствовать то, что чувствуют они сами, но не могут выразить. Среди основателей семейной терапии были те, кто сохранил максимальную преданность классическому психоанализу, например, Натан Аккнрман с его теорией анализа и «щекотания» раскачивания защит.
Наряду с монотеориями в семейной терапии представлены и интегрированные подходы. Отто Кернберг, анализируя супружество, объединяет теорию влечений с эго-психологией и теорией объектных отношений одновременно. По его мнению в основе семейных отношений лежит любовь, включающая 4 составляющие: 1 сексуальное возбуждение; 2 нежность; 3 идентификацию с партнером; 4 зрелую форму идеализации с обязательствами; 5 страсть наличие сильных чувств Кернберг, Другой известный исследователь - семейный терапевт Мюррей Боуен - успешно соединил психоаналитические идеи с системным подходом, предложив для анализа семейной динамики такие важные метафоры как эмоциональное слияние, дифференциация-сепарация, триангуляция и другие.
Рассматривая семью в широком контексте, Боуен уделял существенное внимание исследованию межпоколенных связей бессознательным процессам в расширенной многопоколенной семье , для чего им был предложен метод генограмм Бейкер, Варга, В настоящее время, под семейной терапией понимают совокупность теорий и методов, основанных на понимании людей в семейном контексте. Что объединяет различные семейные подходы?
Если обычный психотерапевт работает с индивидом его переживаниями, фантазиями, прошлым опытом , то семейный терапевт фокусирует свое внимание на семье как целостном образовании, на интерперсональных отношениях и взаимодействии между отдельными людьми и их коалициями. Психоаналитическая семейная терапия рассматривает перечисленные характеристики в контексте неосознаваемых процессов. Показаниями для семейной терапии в целом выступают: трудно контролируемые супружеские и семейные конфликты; повторяющиеся негативные события например, измены ; невротические расстройства и психосоматические расстройства у детей или у супругов; симптоматическое поведение, например, зависимости, подкрепляемые со-зависимым поведением членов семьи Змановская, Семейная психотерапия имеет достаточно привлекательный для пациентов сеттинг: встречи в неделю, встреч, продолжительностью от 1 до 3 часов.
Возможно сочетание парной, групповой и индивидуальной работы.